18+

Рост собственных доходов бюджета Алтайского края по итогам 2023 года составил 121 процент

Подробнее…

Рубрики

Короткой строкой...

Аналитика

Экспертная оценка

Дословно

Инвестиции и инновации

Рынки и компании

Реплика

Промышленность и экономика

Повестка дня. Строительство.

Повестка дня. Рынок труда.

Повестка дня. Образование

Повестка дня. Здравоохранение

Повестка дня. Промышленность и энергетика

Повестка дня. Социальная сфера

Повестка дня. Село и АПК

Политотдел

Туризм

Баннер

Вице-губернатор Алтайского края Виталий Снесарь в эксклюзивном интервью главному редактору информационно-аналитического портала Doc22 Артему Кудинову рассказал об актуальных задачах краевой власти и перспективах ее работы в новых социально-экономических условиях.


- Виталий Владимирович, как бы вы охарактеризовали ход муниципальной реформы в Алтайском крае?

- Реформа идет в соответствии со сроками, определенными федеральным законодательством. С 1 января 2015 года изменилось распределение вопросов местного значения и соответствующих полномочий между муниципальными районами и сельскими поселениями. Большая часть вопросов местного значения (26 из 39), ранее относящихся к ведению сельских поселений, была закреплена за муниципальными районами. Основная идея этих нововведений – передать на уровень районов ответственность за финансово необеспеченные и несвойственные поселениям функции.

Кстати, я с некоторыми своими коллегами из регионов Сибири и России связь поддерживаю и смело могу сказать: ход осуществления муниципальной реформы, о необходимости которой так долго говорили, ничем в крае не отличается от других субъектов федерации. Вместе с тем стали очевидны и некоторые проблемы в ее реализации. С одной стороны, часть муниципального сообщества, которая получила дополнительные какие-то преференции, почувствовала себя более уверенно. С другой – кое-где сельские поселения ощутили себя ущемленными и в правах, и в финансах. Оно и понятно. Это как с законом сохранения энергии: если где-то прибыло, значит, где-то убыло. Тем более готовность к проведению этой реформы в разных муниципалитетах края, а значит, и ход ее осуществления, -  разные.  По большому счёту, многое во взаимоотношениях районов и поселений обусловлено личными качествами руководителей, характером их взаимоотношений. В частности, их готовностью идти на компромисс, на сотрудничество, на поиск взаимопонимания.

Мы ведь не навязывали всем муниципалитетам какой-то единый шаблон, как было, к слову, в некоторых регионах. Напротив, мы говорим: у вас есть возможность использовать все варианты, которые федеральным законом предусмотрены. Сами разбирайтесь, ребята, вы же местное самоуправление, договаривайтесь.

Doc22.ruВиталий Снесарь: «Надо договариваться!».

Виталий Снесарь: «Надо договариваться!».

- И что, договариваются?..

- ФЗ-136 предусматривает возможность передачи сельским поселениям в случае необходимости вопросов местного значения и полномочий, закрепленных за муниципальным районом. И это процесс начался еще в декабре, путем подписания двусторонних соглашений. В большинстве районов на уровень поселений передано не более 15 полномочий. Причем, подчеркну, вместе с финансовым обеспечением для их осуществления. Другое дело, что есть инерция, сила привычки, которая этому мешает. Ведь подчас получается, что посёлок привык оперировать одной суммой, а у него она резко сократилась вместе с полномочиями.  Это как если бы вам выдавали деньги на проезд до работы в другой конец города. А потом новая работа оказалась через дорогу и поэтому деньги на проезд забрали. Ну, как-то все равно некомфортно, даже обидно, что карман-то полегчал…

Какое-то напряжение вызывает и необходимость сокращения штатов муниципальных служащих в сельских поселениях. Однако нужно понимать, что связано это с изменением финансовых условий их работы и уменьшением объема относящихся к их ведению вопросов местного значения.

Между тем, еще раз подчеркну, основные проблемы в осуществлении ФЗ-136 в нашем крае связаны не столько со  спецификой региона (хотя и она влияет), сколько с организацией работы в конкретных муниципальных образованиях, со сложностью адаптации их к новым условиям работы. Администрации некоторых районов достаточно поздно осознали необходимость детальной проработки вопросов по перераспределению полномочий. В результате где-то процесс затянулся, где-то не подписаны соглашения, в ряде районов райцентры не согласны с объемом финансирования, выделяемого районными властями на осуществление передаваемых полномочий.

Там, где глава администрации района был подготовлен, где работал со своими финансистами, юристами, с поселковым уровнем руководителей, там есть положительный результат. Так происходит в любой сфере жизни. В нашем случае эта проблема просто очень резко и быстро проявилась.

Но видим и другое:  в целом ряде районов есть сложности в этих взаимоотношениях, которые, помимо всего прочего, обусловлены проблемами не только персональными, но социально-экономического развития территорий.

Как бы то ни было, хотел бы отметить самое существенное. Муниципальная реформа создает новый формат отношений, более прозрачный и понятный, формирует  внятную для жителей и краевой власти управленческую конфигурацию на уровне местного самоуправления.

- На совещание с главами муниципалитетов в конце 2014 года вы обозначили еще один аспект муниципальной реформы - это оптимизация административно-территориального устройства края. Очевидно, что оно далеко от совершенства. Многие краевые ведомства уже перемасштабируют свою работу, уходя от ее традиционной организации с привязкой к районам и городам. Как вам видится оптимальная модель такой территориально-управленческой организации региона?

- Вопрос сложный. Но в перспективе, по моему мнению, вокруг городского округа не должно быть сельского района. Думаю, с этого и надо начинать такую оптимизацию. Надо брать какой-то город или поселок с населением от 20 000 и выше и вокруг них начинать объединять территории.

К слову, Славгород, Змеиногорск, Горняк это уже прошли и все работают, ничего сверхъестественного не случилось.

- Сменим тему. Изменятся ли в условиях нынешней макроэкономической турбулентности формы и методы работы краевой власти?

- Свою работу в контексте новых вызовов мы стараемся выстраивать системно, пытаясь при принятии управленческих решений достигать максимальной эффективности. При этом, несмотря на все внешние обстоятельства, продолжаем строго следовать заданному стратегическому вектору социально-экономического развития региона. Как вы знаете, в Алтайском крае создана комиссия и разработан план по преодолению кризисных явлений. Власть сконцентрирована на решении трех основных задач: поддержки экономического развития, повышении эффективности бюджетных расходов и сохранении социальной стабильности.

Насколько мы продвигаемся в решении этих задач, показывают результаты еженедельного мониторинга. Между тем по отдельным направлениям можно сказать, что перешли в режим «ручного управления», что в сложившейся непростой ситуации, считаю, абсолютно оправданно.

- А что это за режим, в отношении каких отраслей, отдельных предприятий, может, территорий этот инструмент используется?

- До территорий ещё, слава Богу, не дошло. Но, к примеру, отдельные сегменты потребительского рынка мы регулируем. Сегодня это касается ценообразования на продукты питания и на жизненно важные лекарственные препараты. Мы подписали соглашение с торговыми и аптечными сетями. Сели за стол, договорились о правилах поведения и все друг друга поняли… Скорее всего мы будем работать в таком же формате с финансово-кредитными учреждениями. Это будет сделать сложнее, потому как банковское дело - это, так скажем,  большие деньги, а они, как подчеркивают банкиры, любят тишину. Тем не менее, мы чувствуем некоторую несогласованность действий  и несбалансированность интересов на финансовом рынке. А потому попробуем через посредничество ситуацию выправить.

Сегодня  строительный комплекс транслирует некие тревожные сигналы. У строителей в ближайшей перспективе заканчивается определённый задел, для восполнения которого требуются кредитные ресурсы. Есть проблемы с банками и у сельхозтоваропроизводителей. Надо, что называется, состыковать финансово-кредитные учреждения с отраслями реального сектора региональной экономики. И мы этим будем заниматься.

С другой стороны, надо признать, что эпоха больших денег закончилась. А это тем более означает, что должна быть выстроена четкая и транспарентная система взаимоотношений финансового и промышленного капитала, банков и производства.

- Кстати, вы упомянули про еженедельный мониторинг. Каковы его последние результаты, какие тенденции социально-экономической жизни края он демонстрирует?

- Мы пока с сожалением фиксируем снижение с начала этого года налоговых поступлений, понимая, что налоги - основа формирования нашего бюджета. Впрочем, оснований для серьезных опасений пока нет. Надо дождаться окончания марта, завершения 1 квартала, когда происходит зачисление налогов за прошлый год. Да и общеизвестно, что первые месяцы года – традиционно не самые удачные для предприятий и организаций, в этом период основные параметры их работы повсеместно и традиционно снижаются. Рассчитываем, что ситуацию выправим.

- Будут ли вноситься дополнения и коррективы в принятый региональный «антикризисный план»? Будет ли он детализироваться и конкретизироваться?

- Этот план – рабочий, совершенно открытый документ. Равно как и состав созданной комиссии. По сути дела, если какое-то сообщество готово с чем-то прийти, о чём-то сказать и что-то предложить, то двери открыты. Пожалуйста, все флаги в гости к нам. Хотел бы подчеркнуть, что мы готовы к корректировкам, но нас существенно сдерживает отсутствие параметров и приоритетов федерального бюджета, ограничивая в свободе манёвра. Будут понятны параметры федерального бюджета – будем корректировать и свои планы. По целому ряду сюжетов у нас есть резервы и возможности, но мы не знаем, когда и как мы можем ими воспользоваться. Ведь регион должен сопрягать, корреспондировать свои действия с общегосударственной политикой. Насколько сейчас известно,  середина апреля обозначена как дата подписания всех изменений в федеральном бюджете.

- Как вам, «политическому» вице-губернатору, видится оптимальный для нынешних непростых социально-экономических обстоятельств региональной жизни формат взаимодействия власти и оппозиционных партий, общественных организаций?

- Мы всегда выступаем за здоровую полемику, за дискуссию, за право каждого высказать свою точку зрения по актуальным проблемам. Ведь, согласитесь, принимать невзвешенные, непродуманные решения – значит дестабилизировать ситуацию, усугубить положение дел. Это не в интересах и жителей края, и краевой власти, и для нас является недопустимым. Другое дело, что любой диалог должен быть конструктивным.

- А что вы вкладываете в понятие "конструктивный диалог"?

- По моему мнению, это когда человек не только готов покритиковать, но и готов что-то предложить. Разумеется, критика сама по себе тоже полезна. Но вряд ли можно назвать конструктивной попытку встать, что называется,  над схваткой. Или в стороне. Взять тему регионального правительства, которая будет обсуждаться на ближайшей сессии краевого Законодательного собрания. Читайте, предлагайте!.. Коммунисты отказались от участия в рабочей группе по подготовке серьезных документов. И так по многим другим важнейшим для края вопросам, включая краевой бюджет. На мой взгляд, это пример не очень конструктивный, хотя там все люди умудренные опытом.

- Коли вы упомянули о правительстве, не могу не спросить: уже определилась его  конфигурация, структура?

- Мы сейчас вносим в первом чтении все необходимые изменения в Устав края (а это своего рода конституция края), которые закладывают правовую основу реформирования исполнительной власти региона и создания ее новой модели. Это первый и самый важный шаг. Что же касается последующих, то они обусловлены логикой наших действий в последние два года. Мы в известном смысле «отзеркаливаем», проецируем организацию управления с федерального на краевой уровень. Уверен и знаю по опыту работы, что это поможет решать многие краевые проблемы в Москве, в правительстве. Да и повышает эффективность работы краевой власти внутри региона. Вместе с тем хочу сказать, что никаких управленческих революций не будет,  а переформатирование власти в регионе – не самоцель, а средство повышения ее эффективности. Перед нами сегодня стоят куда более актуальные задачи, и все наши действия должны способствовать их эффективному решению и подчинены этой цели.